![]() |
Фото: bbc.com |
Ангелина Таран
По крайней мере, многие потребители опасаются избыточного содержания нитратов в такой продукции. А тут еще в СМИ появляются громкие сообщения о летальных исходах якобы от употребления свежих огурцов и редиски. Мы выяснили в Национальном агентстве по безопасности пищевых продуктов (ANSA), как контролируется ситуация на молдавском рынке овощей и фруктов, и какие реально существуют риски для потребителей, а заодно о трагедии, которая произошла в с. Крихана веке Кагульского р-на, приведшей к смерти четырехлетней девочки, а затем и ее отчима.
Многие с подозрением относятся к импортной продукции, ведь не зря продавцы на рынках часто пишут «помидоры молдавские». По словам начальника управления по надзору предприятий по производству продукции растительного происхождения Раду Мустяцэ, для реализации импортных овощей и фруктов в Молдове импортер должен иметь сертификат безопасности, который выдает ANSA.
- Наши инспектора на основе заявления импортера отбирают пробы на складе (не на границе) и отправляют их в аккредитованную лабораторию. Если продукция соответствует всем требованиям, выдается сертификат. Если есть превышение нормы по содержанию нитратов и пестицидов, естественно, сертификат не выдается, и продукт уничтожается. Это – первый вид контроля.
Второй – в рамках национальной программы по официальному контролю. В нем есть спецификации – какие фрукты и овощи нужно отобрать для мультианализа на остатки загрязняющих веществ (определяем 50 видов пестицидов). Инспектора в районах отправляют эти пробы в лабораторию в Кишинёве. Если найдем превышение нормы содержания пестицидов, продукция будет изъята и уничтожена.
Отечественная продукция тоже должна сопровождаться сертификатом безопасности. Когда производитель намерен собрать урожай (независимо от того, где он выращивается – на открытом или закрытом грунте), до этого необходимо отобрать пробы для анализа. Если какие-то показатели превышают норму, продукция остается на поле, т.к. необходимо время для деградации пестицидов. В таком случае составляется акт контроля, чтобы, например, овощи остались еще на одну неделю в теплице. Потом снова делается отбор проб, и будет продолжаться до тех пор, пока продукция не будет соответствовать норме. Это – постоянный контроль, который ведет агентство, т.к., по Закону об установлении общих принципов и предписаний законодательства о безопасности пищевых продуктов, ANSA отвечает за качество и безопасность пищевых продуктов на рынке.
Мораторий на контроль нас не касается, т.к. проверяется не деятельность экономических агентов, а продукты, которые поступают на рынок.
И третий вид контроля – санитарно-ветеринарная экспертиза на сельскохозяйственных рынках. Там делаются анализы овощей и фруктов только на нитраты, которые определяются экспресс-методом.
Но помимо крупных хозяйств, где в штате работают специалисты, есть еще много фермерских хозяйств, где крестьяне самостоятельно справляются со всеми проблемами. Кстати, этот закон «не распространяется на первичную продукцию, предназначенную для домашнего потребления, переработки или хранения в домашних условиях». Но, чтобы ее продать, нужен сертификат безопасности. Если рядом расположены участки нескольких хозяйств, где выращивается одинаковая продукция и где применялись обработки одними и теми же препаратами, делается общая проба, чтобы сэкономить людям деньги. Однако, если получен положительный результат, то источник загрязнения ищут на каждом участке отдельно.
Раду Мустяцэ отметил, что, по статистике прошлых лет, в Молдове не было зарегистрировано случаев отравления нитратами. Нитраты не такие токсичные, как у нас думают. Например, по европейскому законодательству, овощи не проверяют на нитраты. Такие тесты делаются только для четырех видов продукции – рукколы, салата «Айсберг», шпината и рапса.
В нашей стране нормы содержания нитратов определены постановлением правительства «О контроле содержания нитратов в пищевой продукции растительного происхождения», которое вступило в силу в августе 2013 г. В частности, максимально допустимый уровень (МДУ) нитратов установлен для 22 видов пищевой продукции растительного происхождения: картофеля, капусты, моркови (эти продукты разделены на ранние и поздние), томатов, огурцов, свеклы, лука раннего на перо, лука сухого, перца сладкого, гогошар, кабачков, тыквы, тыквы как сырья для консервов детского питания, баклажан, редиса, салата-латука свежего, салата кочанного, шпината свежего, зеленных и пряновкусовых овощных культур (сельдерея, пастернака, щавеля и петрушки), дыни, арбузов и переработанных продуктов питания на основе зерновых и продуктов питания для новорожденных и детей младшего возраста.
Для шести продуктов из этого списка, выращенных в теплицах, разрешается более высокое содержание нитратов. Для томатов – 250 мг NO3 на 1 кг, по сравнению с 80 мг/кг в помидорах, выращенных на открытом грунте. Для тепличных огурцов – 400 мг/кг (150 мг/кг), для зеленого лука – 600 мг/кг (400 мг/кг), для салата-латука, салата кочанного, петрушки и прочей зелени из ее группы – по 2500 мг/кг (2000 мг/кг). Так что стоит подумать, есть ли эти продукты, выращенные с большим применением «химии», или подождать лета.
«В принципе, у нас нормальная ситуация по этой продукции, - считает Раду Мустяцэ. - Нитраты не такие уж и токсичные, по сравнению с пестицидами. У пестицидов есть свойство аккумулироваться в организме, а у нитратов нет, они распадаются и выводятся из организма. Содержание пестицидов тоже определено решением правительства в Санитарном регламенте о максимально допустимом пределе содержания остаточного количества препаратов фитосанитарного назначения в или на пищевых продуктах и в кормах животного и растительного происхождения для животных (действует с апреля 2011 г.)».
В отличие от достаточно короткого списка продуктов, в котором лимитируется содержание нитратов, список пищевых продуктов растительного и животного происхождения и кормов для животных, для которых применяются максимально допустимые уровни остаточных количеств продуктов фитосанитарного назначения, просто огромный. В него входят свежие и замороженные фрукты и овощи, орехи, листовые овощи и ароматические травы, грибы, морские водоросли, семена и плоды масличных, зерновые, чай, кофе, какао, хмель, специи, растения, используемые в сахарном производстве, продукты животного происхождения, молочные продукты, яйца, мёд, рыба и морепродукты и даже улитки. То есть во всех этих продуктах могут содержаться остатки пестицидов.
В связи с резонансным случаем в Кагуле, хотя уже доказано, что овощи не являются причиной трагедии, в Национальном агентстве по безопасности пищевых продуктов подготовили для премьер-министра докладную записку о том, как в Молдове осуществляется контроль пищевых продуктов на содержание опасных веществ.
В частности, в Кагуле произошло убийство и самоубийство: отчим отравил детей каким-то препаратом (экспертиза его определяет) и потом сам принял яд. Врачи констатировали, что внутренние органы мужчины были очень сильно повреждены. Нитраты в овощах не способны нанести такой вред человеческому организму. И это – далеко не единственный случай сведения счётов с жизнью путем травления. По данным Минздрава за 2015 г., из 379 случаев самоубийства в 179 был введен внутривенно препарат фитосанитарного назначения «БИ-58».
- Но в этом не виноваты препараты. И по этой причине их нельзя запретить, - считает генеральный директор ANSA Георгий Габери. - Может создаться впечатление, что химпрепараты продаются бесконтрольно. На рынках цыгане продают с рук, громко выкрикивая, «Otravă». Но запрещать это – функция не ANSA, а полиции. На центральном рынке Кишинёва есть целый отряд полиции. И запрет на торговлю продуктами питания (мясом, молочной продукцией) за пределами рынка должны контролировать примэрия и полиция.
Мы никогда не сможем дойти до каждого производителя с проверкой, т.к. у каждого владельца огорода там что-то растет, и они применяют там какие-то средства химзащиты. Их можно только воспитывать, чтобы они не причиняли себе вреда.
Среди потребителей бытует неправильное представление о нитратах. Растения не потребляют нитратов больше, чем им надо, - это их питание. Они не берут абсолютно всё из земли. Но нужно соблюдать сроки, в течение которых происходит распад препарата, и в этот период не употреблять продукцию в пищу.
Особенно есть проблемы с качеством огурцов. В теплицах их постоянно опрыскивают, но уборка урожая – не разовая. Кто ждет 20 дней, пока распадется активное вещество препарата? Огурцы вырастают до необходимой величины за пару дней. Их собирают и отвозят на рынок. Мы их даже классифицировали по группам риска. Самые рискованные продукты, которые подлежат жесткой проверке – зелень, огурцы, томаты и редис. Нитраты могут оказать вредное влияние на здоровье, но никогда не дойдёт до летальных случаев.
Самое вредное, что мы съедаем, - это остатки пестицидов. У нас уже есть оборудование в центральной лаборатории по карантину растений, позволяющее делать одновременный мультианализ на определение остатков 50 вредных веществ. До сих пор мы делали тестирование на конкретное вещество. В этом году мы планируем аккредитовать все лаборатории ANSA в районах на другие тесты, которые они могут оперативно делать на месте по семенам и продуктам животного происхождения, когда человек приходит продать продукцию на рынке.
Любой человек может приобрести в агромагазинах средства защиты растений и удобрения. Вредители есть и на полях крупного хозяйства, и на приусадебном участке. И способы борьбы с ними везде одинаковы. Мы не можем ограничить, кто имеет право покупать, а кто нет. Если не относиться правильно к этим продуктам, то они всегда будут нести определённую долю риска. В агромагазинах можно купить и «БИ-58», но его нужно применять по назначению, и не давать детям, чтобы не случилось, как в школе в Резинском районе, когда восьмиклассница разбила ампулу с инсектицидом «БИ-58», и 14 детей попали в больницу с отравлением.
На молдавском рынке очень много фальсифицированных фитосанитарных препаратов, потому что наше законодательство предусматривает очень длинную процедуру омологации препаратов для их внесения в реестр, но до недавнего времени не требовалось проверять каждую партию при их ввозе в Молдову. Но ведь главное – что импортируется. Только с 2015 г. начинаем вводить контроль на границе, чтобы из каждой партии фитосанитарных средств и удобрений отбирались пробы для проверки их соответствия тому, что декларируется.
- В Молдове действительно существует проблема с пестицидами, которые продаются на рынках, - полагает начальник управления контроля защиты растений и средств повышения плодородия почвы ANSA Михаил Негреску. – Импорт и продажа ядохимикатов и минеральных удобрений – лицензируемый вид деятельности. В нашей стране разрешается ввоз, производство, транспортировка, хранение, реализация и применение средств фитосанитарного назначения и средств, повышающих плодородие почвы, которые прошли апробацию и включены в государственный реестр таких средств.
Этот реестр составляется только на основе активных веществ, разрешенных в ЕС (в Директиве ЕС №91/414 «О ввозе фитофармацевтических средств»). Когда в Евросоюзе вводится мораторий или запрет на какие-то вещества, мы сразу вводим аналогичные меры. Если зарегистрированные в нашем реестре пестициды произведены в Китае или Индии, то это не значит, что они некачественные. Просто кто-то может себе позволить купить препарат от швейцарского производителя, а кто-то – подешевле. Когда препараты вносятся в реестр, это согласовывается с Минздравом. Если он не дает положительную визу на какой-то протокол исследований, препарат не может быть вынесен на голосование для включения в реестр.
Чтобы импортировать такую продукцию, экономический агент должен владеть авторизированным складом и иметь контракт с официальным производителем, что не так уж и просто. Всего выдано порядка 300 лицензий сроком на пять лет, но реально импортируют не более 30 компаний. Лицензия выдается и на продажу сельхозмагазинам, которые приобретают продукцию у импортеров. В республике существует порядка 600 авторизированных складов, включая и те, которые находятся на крупных предприятиях – потребителях фитосанитарных средств. С учетом 37 районных управлений ANSA это – разумное число. Наши инспектора вместе с сотрудниками санэпида, экологической инспекции и пожарными каждый год проверяют эти склады.
Однако у нас зачастую реализуют химикаты сельхозназначения на рынках и на передвижных точках, что незаконно. Эти продукты, скорее всего, сфальсифицированы. Их привозят физические лица с левого берега Днестра или с рынка «7-й километр» под Одессой. Так как их поставляют в небольших количествах, обнаружить их на таможне практически невозможно. Бороться с этим явлением можно только на местном уровне, на рынках, чтобы не было мотивации покупать и продавать.
К сожалению, с 2009 г. орган фитосанитарного контроля остался без права отправлять в суд составленные протоколы для применения штрафных санкций. В настоящее время в Административном кодексе нет ни одной статьи относительно оборота ядохимикатов. Тем не менее каждый год, в феврале, перед началом сезона, мы проводим проверки торговых точек химсредствами для сельского хозяйства в составе смешанных групп с инспекторами из налоговой службы и участковыми полицейскими.
Самый большой пункт сбыта пестицидов находится на столичном центральном рынке. Мы его закрывали в 2013, 2014 и 2015 гг. Пестициды изымались, т.к. они были сфальсифицированы и привезены контрабандой, администраторы были оштрафованы. Но в 2016 г. эта точка снова работает. Так как административное наказание не дает результата, мы обратились с ходатайством в Таможенную службу, чтобы коллеги применили уголовное преследование, а это уже влечет наказание до трех лет лишения свободы.
В фальшивках содержится в разы меньше активного вещества или даже его там вообще нет. Поэтому и их эффективность таких «препаратов» мала или равна нулю.
Еще в 2012 г. Минсельхоз подготовило проект, в котором предлагалось вернуть нам право оспаривать в суде незаконные действия экономических агентов, но он был отклонен. В 2015 г. мы подготовили новый законопроект, в январе нынешнего года он снова внесен в парламент.
Но большую опасность с точки зрения вероятного отравления представляют не фальшивки, а легальные препараты, т.к. они в десятки раз сильнее «реплик». И нет никакой гарантии, что неуравновешенный человек не приобретет в магазине такой препарат для самоубийства. С учетом этого в 2014 г. мы разработали проект закона об ограничении доступа к особо токсичным пестицидам I и II группы. Тем самым мы пытаемся применить в нашем законодательном поле Директиву ЕС №128/2009 «Об устойчивом использовании пестицидов».
Согласно этому проекту, будет невозможно купить некоторые пестициды без паспорта о квалификации в области пестицидов. В советское время действовали такие же требования. Однако парламент почему-то отклонил эту инициативу, хотя она была одобрена в рабочей группе по регулированию предпринимательской деятельности и получила положительные заключения в других министерствах. Теперь с этим проектом пытается выйти Минсельхоз.
По словам Михаила Негреску, поскольку в нашей стране сельское хозяйство очень фрагментировано, 37 инспекторов ANSA не успеют проверить все частные хозяйства. По закону, вести учет применения фитосанитарных средств в реестрах и представлять накладные на приобретение ядохимикатов должны только те, кто хочет поставлять продукцию на продажу. Но из десятков тысяч мелких производителей находятся те, кто выносит выращенную продукцию на рынок. Как они ее выращивали, никто не знает. Поэтому лучше не покупать продукты питания за пределами рынков, где делается хотя бы экспресс-контроль.
- С помощью проекта ЕС Twinning мы напечатали несколько десятков тысяч брошюр по правильному применению пестицидов, пару тысяч - для агромагазинов с информацией кому они имеют право продавать такую продукцию, и как они должны её продавать. То есть пытаемся взаимодействовать с малыми производителями на информационном уровне. Нашим инспекторам выданы эти брошюры для распространения в примэриях. Можно сказать, что более крупные сельхозпредприятия правильно используют пестициды, т.к. они дорогие, и никто не может себе позволить лишнего. К тому же там есть агрономы, - отметил Михаил Негреску.
Георге Габери сообщил, что, когда он занимал пост замминистра сельского хозяйства, в 2014 г. он провел пять-шесть совещаний с представителями Института защиты растений АН и поставил перед ними задачу, чтобы хотя бы 25% средств защиты растений были биологическими. В ЕС используется примерно столько же.
- Есть возможность полностью справляться с грибковыми заболеваниями с помощью биопрепаратов. И с большим вредителем теплиц – белокрылкой тоже можно бороться биометодами. Плохо, что в Минсельхозе не ставится такая задача, это позволило бы сделать нашу продукцию более здоровой и полезной, - считает руководитель ANSA.
Добавить комментарий